21 октября 2017 Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  |  Написать письмо
 Поиск  
100 СТРОК

ВЛАСТЬ
далее
ЗОНА IT
АРХИВ
Перейти:
Пн. Вт. Ср. Чт. Пт. Сб. Вс.
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     
РАССЫЛКА
Подписаться
Отписаться
РЕКЛАМА
Ћучшие игры онлайн на сайте vsemigry.ru.
 
Квест на день рождения оригинальное поздравление с днем рождения.
 
ДАЙДЖЕСТ

Граф Монте-Кристо. Финал. Дню рождения Лазаренко посвящается… Все статьи Версия для печати На главную
26.01.2007 11:50

Краткое содержание предыдущих серий: Украина, конец ХХ века. Подающий надежды политик Павел Лазаренко по клеветническому доносу бывших друзей заключён в тюрьму в далёком Сан-Франциско. Из тюрьмы нет выхода. Лазаренко грозит пожизненное заключение.

Но он не теряет надежду – и в один прекрасный день возвращается в Украину, чтобы отомстить своим врагам и вернуть доброе имя и былую славу. На острове Антигуа у него остаётся заветное сокровище, которое помогает ему превратиться из одиозного политика в загадочного украинского графа Монте-Кристо… Остальные деньги графа попрятаны в карманах и сейфах его оппонентов.

Действующие лица:
Граф Монте-Кристо
Графиня Хулия Мерседес
Барон Накат Ахматов
Шевалье Бенцион Бабломойский
Сенатор Алессандро де Моралес
Депутаты, банкиры, бизнесмены, женщины, кричащие «ура!» и бросающие в воздух чепчики.
В роли Президента Украины – Президент Украины.


Аэропорт Борисполь. Осень 2007 года. Поседевший граф Монте-Кристо, в котором уже мало кто узнаёт бывшего весёлого и шумного премьер-министра Павла Лазаренко, спускается по трапу новенького «Боинга» на родную землю. Предоставленная по такому случаю американская охрана плотным кольцом оградила графа, дабы предотвратить хорошо известный Павлу Ивановичу «казус Щербаня». За спиной у украинского Монте-Кристо – долгие годы, проведённые в американской тюрьме, неопределённость, предательство бывших друзей, судебные разбирательства, забытье на родине… Во многом жизнь придётся начинать заново…

Но граф Монте-Кристо, появившийся в Борисполе в сопровождении многочисленной охраны, молодой жены и сына-младенца, пользовался благоволением властей Соединённых Штатов и особой «охранной грамотой» президента Джорджа Буша – «ярлыком на великое княжение». Буш-младший, полностью разочаровавшись в оранжевых политиках и уже не надеясь увидеть на территории Украины некое подобие порядка, решил вернуть в страну её «Хозяина» - человека, ранее железной рукой державшего в страхе и послушании народ и его элиты. Конечно, Лазаренко брал… Но и давал!!! Конечно, он установил жёсткие коррупционные схемы и жестокую систему грабежа предпринимателей. Но он был прогнозируем. К тому же – он органически не переваривал Россию – крестьянское начало в Лазаренко противилось любому наступлению соседнего государства на его личный удел, каковым в бытность премьером Лазаренко считал всю Украину. Буш вовремя вспомнил выражение одного из своих предшественников, сказанное по поводу одного из латиноамериканских диктаторов: «Сомоса – сукин сын, но он – наш сукин сын!» На фоне не слишком демократических процессов в подконтрольных Соединённым Штатам Ираке, Афганистане и Грузии, возвращение Лазаренко в Украину – пусть в роли графа Монте-Кристо, одного из влиятельных, но отнюдь не ключевых персонажей украинской политики – выглядело бы вполне безобидным действием.

С чем столкнулся Павел Иванович, преодолев несколько тысяч километров в воздухе и 30 километров по трассе Борисполь – Киев? Да с тем, что в этом городе – столице Украины, матери городов русских – существует куча должников. Кто-то задолжал Павлу Ивановичу деньги. Кто-то чувствует свой моральный долг. А чей-то долг – настолько велик, что и жизни будет мало, чтобы расплатиться. Но – главное. Если классический граф Монте-Кристо имел дело со сворой Дангларов и де Вильфоров, то наш герой встретил четверых Мерседес! И каждая была неповторима. И каждая была готова на всё, лишь бы граф простил её и прекратил помыслы о своей миссии – миссии мести!

Павел Иванович уже представлял эти встречи – на загородных дачах или в номерах отелей, окружённых вооружённой до зубов охраной…

Он представлял себе первую Мерседес – графиню Хулию. О! Крошка Хулия любит эффекты! Она – несомненно – явится к нему в новом чёрном платье от Луи Виттон. Её голос будет звучать надрывно, прошибая на слезу… Она будет говорить на чистом украинском языке с «масковским» (или новомосковским?) «аканьем»… «Мария Магдалина якобы кается, и мы ей якобы верим», - сказал бы известный юморист…

- О граф! Вспомните – я же Вас так любила! Во имя всего, что было – простите и остановите свою месть. Я ждала Вас. Я ушла в оппозицию. Я пыталась бороться. Я надеялась… Но потом пришла весть, что Вы попали в каменный мешок, откуда нет выхода. Я помнила о судьбе Норьеги, и поэтому даже в самых светлых грезах не могла надеяться на Ваше возвращение… Но посмотрите на моего политического сына. Виктор Ющенко – он же как две капли воды похож на Вас. В нём тоже течёт крестьянская кровь. Он тоже не любит Россию. Он - как и Вы – любит подло бить в спину и нарушать данное слово. Неужели Вы погубите меня и Вашу копию? И это ради каких-то нескольких миллиардов долларов, упавших в своё время из Ваших карманов на мои британские счета?

…После этого граф представил очередного кандидата в Мерседес – барона Наката Ахматова. Ахматов в своё время многим был обязан Павлу Ивановичу. Если бы не Павел Иванович, то наследие покойного Алика Грека могло стать добычей своры стервятников, круживших над стадионом «Шахтёр». Павел Иванович в своё время направил указующий перст на юного Наката и выделил его из толпы убитых горем побратимов покойного Ахатя … «Вот он – сын мой возлюбленный», - сказал Павел Иванович громогласным голосом. – «И все шахты и заводы, коксохимические предприятия и горнообогатительные комбинаты на восток от Павлограда – и до Последнего Моря да упадут под ноги его!»… Барон Ахматов явится, несомненно, в своём излюбленном белом костюме, с элегантными запонками, режущими глаз сиянием бриллиантов…

- О граф! Остановите свою карающую десницу! Ведь я был вечно предан Вам. Я пытался сохранить всё, что осталось после Вас – и преумножить нажитое Вами и вверенное в руки мои… Но потом я отчаялся ждать, когда же Вы вернётесь. Я стал бороться – я пытался сохранить память о Вас и действовать в любой ситуации так же, как действовали бы Вы. О, как часто я мысленно обращался к Вам, к Вашему опыту долгими бессонными ночами… Взгляните на моего политического сына! Виктор Янукович – он же как две капли воды похож на Вас. Тот же рост, та же фигура, то же региональное происхождение. Я воспитывал его как «хозяина области», который должен придти в кресло «хозяина страны». Неужели Вы погубите меня и Вашу молодую копию?

Третьим кандидатом в Мерседес – несомненно – будет сенатор Алессандро Моралес. Этот старый седой лис в своё время был союзником графа. Амбиции Алессандро зашкаливали, и он в своё время оказал Павлу Ивановичу немало услуг, что было продиктовано непреодолимой, почти животной ненавистью к Президенту, которую можно было объяснить разве что только фрейдовскими мотивами (старина Фрейд усмотрел бы в действиях Алессандро и латентный гомосексуализм, и ревность к власти, и желание доминировать… гм… не случайно ли Моралес так рвётся в Европу с её узаконенными однополыми браками и заседает в Социнтерне, в руководстве которого так много педерастов – в хорошем и плохом понимании?). Позже Моралес выпросил средства на свою избирательную компанию, которую с треском проиграл. Павел Иванович постоянно держал этого пройдоху в поле зрения и время от времени напоминал – посредством «маляв», передаваемых разными способами из тюрьмы – что долг есть и списывать его никто не собирается. Сейчас Моралес снова возглавлял парламент, как и в прежние годы. И к нему стоило бы явиться в гости.

Моралес встретил бы графа широко раскрытыми объятьями и прочёл бы стихотворную оду в его честь – собственного авторства.

- О граф! Неужели Вы сможете мстить мне – робкому и беззащитному? Неужели годы не стёрли в Вашем сердце ненависть, гнев и жажду мести? Граф! Я всё это время был верен Вам. Я продолжал начатое нами дело! Я жил, боролся и сражался. Ваши деньги пошли на благое дело – закупку прослушивающей аппаратуры. Граф! Взгляните на моего сына – Николая Мельниченко. Он же Ваша копия… Молодая копия Лазаренко. Он так же не любит Кучму. Он так же провёл в последнее время больше времени в Америке, чем в Украине. Он так же бескорыстно любит деньги. От него, как и от Вас, народ чего-то ожидает – но он только обещает: «Подождите, придёт время, и я скажу, что думаю по этому повод». Он так же, как и Вы, старается держать на крючке каждого гражданина Украины и собирать на всех досье с компроматом - на всякий случай! Неужели Вы сможете убить меня?

Четвёртая Мерседес явится в виде шевалье Бенциона Бабломойски. О! Этот Бабломойски! Новый некоронованный король Днепропетровска. Старый добрый принцип – если барин надолго уезжает за границу – в его имении начинает заправлять еврей-арендатор. Бабломойски всегда умел прогибаться перед любой властью и держать нос по ветру, делая правильные ставки. И сейчас прибежит одним из первых. Он будет в джинсах, потёртой куртке, похожий более на некоего туриста, путешествующего по Европе автостопом, чем на олигарха.

- Граф!!! Вы знаете, я таки рад, шо Вы вернулись! Агицен паровоз! Я так ждал! Я честное слово ждал! Я чуть ли не каждый день говорил Гене – Вы же помните Гену? Как? Вы забыли Гену Баблолюбова??? – так вот – я каждый день говорил Гене: «И где же это наш дорогой Павел Иванович? Сгораю от нетерпения, чтобы вернуть ему его бизнес и его деньги, а он всё не едет и не едет». Не извольте беспокоиться. Ваш бизнес в полном порядке… Но – граф – я Вам имею шо сказать! Вы же не опуститесь до того, шобы отбирать бизнес у бедного еврея? Даже если это и Ваш бизнес? Да и зачем оно Вам? О зохен вей! Если бы Вы знали, как много мороки с этими ГОКами, с этими металлами, с этими банками! Граф! Какой цимес Вам в этом бизнесе? И ещё – граф – я ведь единственный, кто не породил Вам в Ваше отсутствие наследника. И не кричу: «Мой мальчик – Ваша копия, у моего мальчика – Ваш носик и Ваш пупок!» Берёг честь. Берёг себя для Вас. Зацените это, граф!.. Может, я и изменял Вам – не отрицаю – но при этом старательно предохранялся.

…Павел Иванович задумался над сценариями будущих встреч с бывшими партнёрами и перевёл взгляд на лежавшую на коленях книгу Фридриха Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства». Когда-то эта книга натолкнула его на мысль: классики марксизма-ленинизма были дальновидны. Энгельс спроектировал идеальный строй, закодированный в самом названии книги: государство должно быть частной собственностью, и эта частная собственность должна принадлежать одной семье. Лазаренко возвращался в Украину, чтобы воплотить этот идеальный – с его точки зрения – строй.

Но! Что делать с четырьмя Мерседес? Отомстить им? Или отбросить сантименты? Павел Иванович задумался… В его голове вызревал план…

План был до гениальности прост. Павел Иванович начертил схему. Что мы имеем? Имеем обанкротившегося инфантильного Президента, думающего больше о своих картинах и пчёлах, чем о политике. Его в расчет не принимаем. Он связан по рукам и ногам своими полномочиями и не слушает ни чьих советов. Президентские структуры – громоздки и неповоротливы. Гайдук, Хорошковский, Балога – не более, чем зажравшиеся коты, время от времени требующие мяса, валерьянки и развлечений. Их больше интересует вопрос эффективной разметки собственной территории, чем работа на Президента. На минуту Павел Иванович задумался над вспомнившейся притчей – чем кошки отличаются от собак? Собака думает: «Мой хозяин меня кормит, ласкает, выгуливает. Наверное, он – Бог!». Кот думает: «Мой хозяин меня любит, кормит, ласкает. Наверное я – Бог». Окружение Ющенко – сплошные коты, возомнившие себя Богами. Они – не в счёт. Они – не страшны. Они не будут мешать его интересам.

Далее – Янукович… «Молодой Эдмон Дантес»… Ха-ха… А он и впрямь копировал Павла Ивановича – даже в ошибках. Он так же не знал меры властным амбициям. Так же делал ставку на выходцев из одного региона. Так же не думал о том, чтобы укрепить тылы и оставить за собой подконтрольную и верную вотчину – на случай, если придётся отступать. Парень не слишком задаётся вопросами дня завтрашнего. Его команда – террариум единомышленников. Ахметов воюет с Клюевым и Азаровым, Лёвочкин – с Толстоуховым и Табачником, Клюев – с Бойко. Янукович вроде бы пытается действовать по принципу «разделяй и властвуй», но вряд ли у него это выйдет. Грядет кризис 2008 года, о котором давно предупреждали экономисты. Придётся повышать цены на газ – причём повышать радикально. В ноябре, скорее всего, Россия выставит новые счета, и Украина заплатит минимум по 200 долларов за тысячу кубов. И уже без посредников. Посредники – «РосУкрЭнерго» - будут крайними, их обвинят во всех смертных грехах. А поскольку на эту структуру завязаны как донецкие интересы, так и интересы семьи Президента, разгорится скандал, на фоне которого проделки Павла Ивановича будут выглядеть детскими играми на свежем воздухе!

Хулия Мерседес… А девочка выросла… Пора бы ей купить велосипед… Но вырасти – не значит поумнеть. Аппетитов прибавилось, а вот ум – на уровне той маленькой хохотушки Юлечки, которую он знал по Днепропетровску. Итак, что нам делать с Хулией? – на минуту задумался граф Монте-Кристо, и садо-мазо-похотливая улыбка расползлась по его стареющему лицу… Минуту помолчав, как бы вспоминая что-то приятное, он вдруг встрепенулся. Ах, да! Хулия… С ней практически ничего не надо делать. Надо дать ей возможность переиграть саму себя, закончить величайший акт самоедства. Денег у неё нет. И вряд ли в ближайшее время появятся. Россию она не интересует. Запад – тоже. Пусть дальше поиграет в оппозицию. Да и самому Павлу Ивановичу в случае прихода к власти карманная оппозиция не помешает.

Бабломойски. Что сделать с дорогим Бенционом – он ещё подумает. Но он устал. Он должен отдохнуть, как сказал бы Дон Корлеоне. Конечно, синагога начнёт протестовать – шевалье щедро жертвовал на развитие еврейского движения в Украине. Но зато оставшиеся на плаву компаньйоны – в первую очередь Баблолюбов – на блюдечке принесут Павлу Ивановичу ключи от Святая Святых группы «Приват», контрольный пакет акций «Приватбанка», несколько заводов, пакетик с мацой и бесплатный тур по Святым Местам.

Остаётся Моралес… Сенатор хитёр… И в новых условиях окажется единственным дееспособным руководителем страны. В войне всех против всех он станет человеком, который – единственный среди руководителей страны – будет пытаться контролировать ситуацию. Но у него нет денег! А у Павла Ивановича – есть. Вот кого он помилует – так это Моралеса. Он не станет напоминать ему о старых долгах. До поры, до времени! Он предложит ему союз. Моралес – несомненно – согласится. Для него это и путь к усилению, и путь к выходу из зависимости от донецких товарищей, и даже путь для дистанцирования от слишком назойливых россиян. Моралес будет думать, что политически он переиграет Павла Ивановича. Пусть думает.

Совместно с сенатором они напишут и проведут новую Конституции – с усиленными президентскими полномочиями. Алессандро не может уйти из политики, не побывав в роли Отца Конституции и в роли Отца Государства. Когда Конституция будет готова – дело техники вынудить неспособного к управлению государством Ющенко отречься от престола. Что ему ещё остаётся? Будет сопротивляться – лишить карманных расходов, отключить газ и перекрыть воду в туалете. А далее – референдум по Конституции (двухпалатный парламент и пост вице-президента будут включены обязательно, граф не будет претендовать на президентский пост – его удовлетворит и вице-президентский), Конституционное Собрание, роспуск парламента и проведение досрочных парламентских и президентских выборов – на основе новой Конституции. Павел Иванович великодушен. Он даже даст Моралесу насладиться своим президентством. Сам Павел Иванович готов довольствоваться скромным вице-президентским постом. Чтобы через несколько месяцев – вполне в духе закона и эпохи – вписать имя Президента Моралеса в Пантеон и анналы истории (Павел Иванович задумался: а как правильно - анналы с двумя «н» или аналы с одним «н»?) и самому стать Президентом. Жёстким Президентом. Умеющим навести порядок в стране. И обеспечивающим присутствие американских интересов в центральноевропейском регионе.

Он представлял себе народное ликование. Кричали женщины «Ура!» и в воздух лифчики бросали… Или всё же чепчики? Чепчики сейчас не в моде – пусть будут лифчики, топики, ёщё чёрт знает что. Пусть будет народное ликование.

Он также представлял себе слова, сказанные кем-то в Белом Доме – «Лазаренко – сукин сын, но он – наш сукин сын». Начиналась новая страница в истории Украины – эпоха американизации. Точнее – латиноамериканизации.

Стояла осень 2007 года. Павел Иванович Лазаренко уверенно въезжал в Киев….

Примечание. Все имена и события – вымышлены. Любые совпадения с реальными действующими лицами – случайность. Под именем Павел Иванович Лазаренко никто конкретно не подразумевается. Вообще – это вымышленный персонаж.

Наталья Приходько, Институт Горшенина

FRAZA.COM.UA

НОВОСТИ
Oligarh.News




FACE-CONTROL
СПЕЦПРОЕКТ
ГОЛОСОВАНИЕ
В ближайшее время отношения с Россией:
Ухудшатся;
Улучшатся;
Не изменятся.
ПАРТНЕРЫ

СТАТИСТИКА
 
Новости Слухи Досье 100 строк Cемьи Цитаты Форум Экспорт