14 декабря 2017 Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  |  Написать письмо
 Поиск  
100 СТРОК

ВЛАСТЬ
далее
ЗОНА IT
АРХИВ
Перейти:
Пн. Вт. Ср. Чт. Пт. Сб. Вс.
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
РАССЫЛКА
Подписаться
Отписаться
РЕКЛАМА
Ћучшие игры онлайн на сайте vsemigry.ru.
 
 
АКТУАЛЬНО

Дойдут ли руки до нужных дел? Все статьи Версия для печати На главную
29.10.2007 10:03

Понятно, что парламент заработает еще не очень скоро. Но, говорят, что после решения кадровых вопросов и утверждения бюджета, а также принятия 12 законов о которых так много говорят новые «большевики», Верховная Рада планирует увеличить максимальный срок рассмотрения Национальным банком вопроса выдачи банковской лицензии с 1 до 3 месяцев с момента подачи соответствующих документов. Данный документ предусматривает усовершенствование банковского надзора путем определения реальных собственников банков и установления к ним специальных требований, усиление защиты прав кредиторов и усиление роли внутреннего финансового мониторинга.
 
Предлагаю более подробно рассмотреть три  побудительных мотива, которые считаются главными в процессе принятия этого законопроекта. Начнем с установления реальных собственников банков. Эта тема будируется в нашей стране уже давно. С крайне небольшим успехом. А ведь проблема имеется, а глубина и важность ее очень велика. Структура собственности в Украине является достаточно запутанной. Формальная структура собственности самих банков, как правило, непрозрачна. Проблема связана с тем, что с юридической точки зрения собственниками банков не редко являются компании, созданные специально для владения акциями банка, и не ведущие никакого иного бизнеса. Наибольшая определенность со структурой собственности наблюдается в банках, принадлежащих государству и иностранным банкам. Несколько более запутана структура капитала ряда банков, принадлежащих крупнейшим государственным предприятиям. А вот в отношении частных банков выяснение истинных акционеров зачастую оказывается неразрешимой задачей.
 
В чем здесь есть серьезная опасность? Дело в том, что в Украине при аудите банков все большее распространение получает практика составления отчетности, когда консолидация происходит на уровне материнской компании, в большинстве случаев - оффшорной. С одной стороны, такая отчетность дает более точное представление о финансовом положении группы. В ней показываются все активы и обязательства группы, а взаимные требования и обязательства внутри группы сальдируются. Проблема состоит в том, международные стандарты финансовой отчетности (МСФО) исходят из принципа продолжения деятельности банка, а при анализе украинских банков всегда стоит учитывать вероятность банкротства банка и его последствия. В таком случае риски, связанные со структурой группы учредителей банка, выходят на первый план. А риски эти для украинских банков, а равно – их клиентов и вкладчиков, возникают в силу двух главных устремлений собственников банков.
 
Первое - минимизация налогообложения. Ассоциированные компании обычно располагаются в регионах с льготным налоговым режимом, что позволяет экономить на налогах. Ассоциированная компания, расположенная в зоне льготного налогообложения и владеющая зданием банка (или другим имуществом), позволяет экономить на налоге на имущество. Кроме того, арендные платежи банка за пользование зданием уменьшают прибыль по украинской отчетности, но никак не влияют на прибыль по МСФО. Ассоциированная компания в рамках холдинга часто выступает центром прибыли, например, управляя портфелем ценных бумаг банка. Банк получает минимальный доход по кредиту такой компании, а основная масса прибыли от операций с ценными бумагами «оседает» на балансе ассоциированной компании. Еще один возможный вариант - получение ассоциированной компанией в банке кредита, средства от которого размещаются на депозит в том же банке. Процентные ставки по кредиту оказываются ниже депозитных ставок, что позволяет снижать прибыль до налогообложения по украинской отчетности.
 
В рамках другой схемы банк выдает кредит одной компании своего учредителя за счет депозита на ту же сумму от другой компании, также принадлежащей учредителю. В отличие от предыдущего случая мотивы клиента не связаны с минимизацией налогообложения. Например, клиент, ранее выведший средства за границу, решает их инвестировать в свой бизнес в Украине, но хочет иметь возможность при необходимости вывести их обратно. В таком случае клиент банка, он же учредитель, может договориться с банком о размещении в нем средств на депозите компании или банка-нерезидента, а за счет этих средств выдать кредит своей компании. Как и в предыдущем примере, банк оформляет сделку, защищая себя от проблем заемщика. Но, создавая серьезные потенциальные неприятности тем, кто держит в этом банке свои денежные средства, но не аффилирован с этим банком. Понятно, что без владения информацией о реальных собственниках банка, данную проблему не решить.
 
Второе - защита акционеров банка, как это ни странно звучит. То, что часть активов банка фактически принадлежит не банку, а компаниям, которые формально банку не принадлежат, позволяет также обеспечить лучшую защиту акционеров банка от действий государства и претензий кредиторов. В рамках украинского права кредиторы не смогут получить компенсацию, например, за счет продажи здания банка, так как на балансе банка будет находиться в лучшем случае кредит компании, которой принадлежит здание банка, причем в стрессовой ситуации велик риск перепродажи здания этой компанией. Таким образом, за счет консолидации отчетность украинских банков по МСФО выглядит намного лучше, чем по украинской отчетности, и это улучшение действительно отражает реальное финансовое состояние группы. Однако за этим «улучшением» скрываются очень существенные риски, о которых кредиторы могут узнать в случае банкротства банка. В то же время отсутствие адекватной информации о распределении активов и обязательств группы не дает кредиторам возможность оптимально структурировать кредитное соглашение.
 
К сожалению, для получения сведений о распределении активов и обязательств внутри группы одной международной отчетностью не обойтись, зато сопоставление МСФО и других видов отчетности может дать много дополнительной информации. Надеюсь, что именно об этом и пекутся авторы законопроекта, декларируя стремление к повышению уровня раскрываемости сведений об истинных владельцах украинских банковских учреждений. Если реальная структура собственности банка неизвестна, то невозможно адекватно определить и связанные стороны. Даже если с реальными владельцами банка есть определенная ясность, то далее встает проблема определения реальных владельцев компаний-клиентов, для которых характерна еще большая непрозрачность. В результате данные об операциях со связанными сторонами украинских банков в отчетности по МСФО часто оказываются подозрительно низкими.
 
Перейдем к следующему вопросу нашей «триады» - защите прав кредиторов. Среди многих правовых проблем, стоящих перед банками, пожалуй, самые острые связаны с защитой прав кредиторов. Законодательство в этой сфере содержит значительные пробелы, породившие уникальные условия для мошенничества со стороны недобросовестных заёмщиков. Острая ситуация со взысканием долгов усугубляется влиянием общественного мнения, которое склоняется в сторону заёмщика - независимо от существа спора с банком. В судебной практике, к сожалению, также доминируют стереотипы, ущемляющие интересы добросовестных банков, о чем свидетельствует и статистика. Да уж, эта штука в нашей стране явно «будет посильней чем Фауст Гете»! Уж и не знаю – с каким вопросом за 16 лет было меньше прогресса. И знаете, что интересно? По-моему, уже все смирились.
 
Позволю высказать ряд сугубо личных предположений о причинах такой ситуации в нашей стране, без претензии на истину в последней инстанции. Недостаточное внимание к проблеме защиты прав кредиторов обусловлено нежеланием государственных институтов признать за банками их системную роль в экономической жизни Украины. Между тем, создание надежных гарантий возврата долгов при кредитовании отвечает интересам общества по целому ряду причин. Во-первых, нельзя забывать, что банки совершают операции за счет привлеченных средств, в том числе и от частных вкладчиков, доверяющих им свои сбережения. Поэтому ситуация, когда банки не имеют гарантий возврата долгов заёмщиками, ставит под угрозу сохранность средств широких слоев украинских граждан. Во-вторых, отсутствие предсказуемых механизмов возврата долгов делает кредитование менее доступным для бизнеса. Это вполне закономерно, если иметь в виду возрастающую рисковую составляющую во взаимоотношениях банка и заёмщика. В-третьих, украинские банки вынуждены перераспределять высокие риски между заёмщиками через повышение ставок. И получается, как ни парадоксально, что именно добросовестным заёмщикам приходится компенсировать банкам риски, связанные с неэффективными механизмами возврата долгов.
 
К сожалению, налицо и удаленность конкурсного и залогового законодательства от реалий бизнеса и неэффективность института залога. Особенностью конкурсных отношений в Украине является то, что в них участвуют различные группы кредиторов (работники предприятия-должника, государственные органы, залоговые и обычные кредиторы), интересы которых лежат абсолютно в разных плоскостях. Согласовать эти интересы, сбалансировать их наиболее справедливым образом невозможно без формулирования исходных принципов построения системы конкурсных отношений. Поэтому законодатель стоит перед выбором: сохранить существующее положение вещей, когда приоритет отдается восстановлению платежеспособности должника в ущерб и за счет кредиторов, прежде всего залоговых, - или пересмотреть подходы, отдав предпочтение интересам кредиторов и, как следствие, интересам развития кредитования и экономического роста.
 
Парадокс сегодняшней конкурсной практики заключается в том, что оздоровительные процедуры в отношении должника крайне редко приводят к восстановлению его платежеспособности. Вспомните, каков удельный вес украинских банков, которые, находясь в режиме санации, восстановили свою нормальную деятельность? Думаю, что в лучшем случае – одна пятая часть. Таким образом, действующее законодательство не достигает благородных целей ни в отношении должника, ни в отношении кредиторов, но создает уникальные условия для недобросовестного вывода активов из предприятия-должника в ходе конкурсных процедур. Полагаю, что закон о банкротстве должен быть кардинально пересмотрен в пользу защиты интересов кредиторов, прежде всего - залоговых. Если инициаторы внесения законопроекта № 2248 преследуют именно эти цели – честь им и хвала. Но нужно отдавать себе отчет в том, что потребуется провести существенную доработку действующего корпоративного права с целью исключения возможности использования различных форм преобразования юридических лиц, а также отчуждения, замещения или обременения обязательствами их активов, для мошенничества, ущемления интересов кредиторов или уклонения от уплаты обязательных платежей.
 
Чтобы завершить эту под-тему, скажу, что есть ряд конкретных соображений в пользу усиления «прокредиторской» составляющей в конкурсном и залоговом законодательстве. Так, усиление гарантий возврата долга приведет к повышению надёжности кредитных отношений и, как следствие, к расширению кредитования бизнеса. В перспективе банки избавятся от необходимости закладывать высокую рисковую составляющую в процентные ставки по кредитам, что приведёт к удешевлению заимствований. А широкие правомочия залоговых кредиторов должны дисциплинировать должника и способствовать пониманию им принимаемых рисков.
 
И в завершение перейдем к вопросам, связанным с внутренним контролем в банках.  Внутренний финансовый мониторинг с последующим контролем представляют собой контроль за выполнением финансовой политики банка, качеством управления его финансовыми потоками, образованием, распределением и использованием ресурсов всеми подразделениями банка, соблюдением установленных лимитов, эффективным управлением ликвидностью, банковскими рисками, проведением комплексного экономического и финансового анализа деятельности банка, формированием и корректировкой бюджетов, созданием и использованием резервов, соблюдением финансовых нормативов. Значение внутреннего мониторинга и контроля в управлении банком трудно переоценить. В условиях окончательного выхода экономики Украины из кризиса, завершения периода высоких доходов в банковской сфере нашей страны, резкого усиления конкурентной борьбы, существенного усложнения финансовых и организационных аспектов деятельности коммерческих банков создание эффективной системы внутреннего контроля становится не только предпосылкой их успешного функционирования, но и непременным условием их дальнейшего качественного развития.
 
Именно отсутствие надлежащим образом организованного внутреннего мониторинга и контроля явилось одной из главных причин кризиса банковской системы, в результате которого стали банкротами десятки украинских коммерческих банков, в том числе некоторые крупные банки. Внутренний мониторинг и контроль имеют существенное значение в выявлении и мобилизации имеющихся резервов, способствует повышению эффективности и качества работы, усилению режима экономии, выявлению причин и условий, способствующих образованию потерь и совершению хищений. Правильно организованный контроль должен не только обнаруживать недостатки и нарушения, но и предупреждать их, а также способствовать их своевременному устранению.
 
Резюмируя, замечу, что инициаторы законопроекта, о котором идет речь, поставили   очень серьезные цели и важные задачи. И если они будут реализованы, то стоит ожидать качественного изменения в работе украинских банков, корпоративной культуре и даже возможного изменения конъюнктуры рынка кредитования в сторону снижения процентных ставок. Вот только не забыли бы об этом после увлекательных «спикериад», «премьериад» и бюджет-прений. А ведь могут!
 
                                                                                                                         Станислав Королюк

НОВОСТИ
Oligarh.News




FACE-CONTROL
СПЕЦПРОЕКТ
ГОЛОСОВАНИЕ
В ближайшее время отношения с Россией:
Ухудшатся;
Улучшатся;
Не изменятся.
ПАРТНЕРЫ

СТАТИСТИКА
 
Новости Слухи Досье 100 строк Cемьи Цитаты Форум Экспорт