29 июня 2017 Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  |  Написать письмо
 Поиск  
100 СТРОК

ВЛАСТЬ
далее
ЗОНА IT
АРХИВ
Перейти:
Пн. Вт. Ср. Чт. Пт. Сб. Вс.
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930  
РАССЫЛКА
Подписаться
Отписаться
РЕКЛАМА
Ћучшие игры онлайн на сайте vsemigry.ru.
 
 
АКТУАЛЬНО

Судьба оппозиционера Все статьи Версия для печати На главную
20.05.2004 08:22

Борис Иванович Тарасюк – председатель самого правоверного Руха, хранитель традиций Удовенко-Чорновола, входивший в первую десятку списка «Нашей Украины» на выборах в Верховную Раду Украины четвёртого созыва. Известен своим стремлением вступить в НАТО и в ЕС, независимо от того, соберутся ли эти организации когда-нибудь принять Украину, а также своим крайне негативным отношениям к любым формам сотрудничества с Россией. Недавно, например, Борис Иванович сообщил, что на вступлении в ЕЭП Украина потеряет 9-12 миллиардов долларов ежегодно.
 
Трудно, конечно, представить какие именно эксперты дали Тарасюку эту цифру, поскольку она означает, что страна останется без 2/3 бюджета. Тем более странными такие данные выглядят на фоне уверений правительства, которому, кстати, в отличие от оппозиции, предстоит ещё подтвердить свои оценки, что Украина, наоборот, до пяти миллиардов долларов ежегодно приобретёт. Но, чего не скажешь в пылу полемики.
 
Впрочем, Тарасюк не всегда был сторонником дружбы с Западом. Большая часть жизни и деятельности Бориса Ивановича припадает как раз на непримиримое противостояние с НАТО, ЕС и США.
 
Карьера скромного ровенского паренька в советское время была не быстрой, но могла бы вызвать зависть у многих из тех, кто сегодня занимает руководящие посты в стране. Трудолюбивый и настойчивый, он сумел поступить в Киевский политехникум связи, что было далеко не просто для провинциального юноши. В данное учебное заведение конкурс был не меньше, чем в некоторые ВУЗы, учиться там было престижно, да и работа по окончании ждала перспективная.
 
По специальности, правда, юный Борис поработать так и не успел: призвали в армию. Здесь также сказались трудолюбие, активность и верность идеалам марксизма-ленинизма. Служить Тарасюк отправился в погранвойска КГБ СССР. Данная организация, обладавшая приоритетом даже при отборе уборщиц для своих офисов, непроверенных и сомнительных в свои ряды не брала – кого попало охранять границу не пошлёшь.
 
Хотя, говорят, что до границы Тарасюк не добрался, ему было оказано более высокое доверие и служба прошла в Киеве, прямо напротив главного здания КГБ Украины на Владимирской (вход со стороны Золотоворотского переулка), где дислоцировалось пограничное руководство и обслуживающий его персонал.
 
Годы, отданные защите рубежей социалистической родины не прошли для Бориса Ивановича даром: снабжённый блестящими характеристиками КГБшного руководства, молодой член КПСС Тарасюк поступает в Киевский институт международных отношений, готовивший, преимущественно, кадры для украинского МИДа, а также международных отделов разного рода организаций (от Академии наук до ЦК КПУ). Можно было и партийную стезю избрать: райком – обком – ЦК. Тарасюк, однако, остался дипломатом.
 
Учитывая, что в те времена, дипломат, означало однозначно «выездной», да ещё и с ослабленным контролем, да с допуском хоть к маленьким, но всё же государственным секретам, проверку пришлось пройти тоже не такую как Ющенко при назначении  сельским бухгалтером, или Януковичу – директором автобазы. За дипломатическим ведомством пристально наблюдали КГБ и ЦК КПУ и человек ненадёжный в идеологическом отношении, будь он хоть семи пядей во лбу, туда не попадал. В неприметном особнячке наискосок от «дома Щербицкого» трудилось двадцать-тридцать особо надёжных и зарекомендовавших себя.
 
Борис Иванович зарекомендовал себя не просто хорошо, а очень хорошо, потому, что через несколько лет, после прихода в МИД отправился в свою первую длительную загранкомандировку. Тогда Украина имела только два зарубежных представительства: при ООН, в Нью-Йорке и при ЮНЕСКО в Женеве. Борис Тарасюк поехал в Нью-Йорк – в самое логово мирового империализма. Дипломаты постпредства были номенклатурой ЦК КПУ и утверждались только после собеседования на Банковой, которое носило отнюдь не формальный характер.
 
Таким образом, Тарасюк оказался в той же номенклатурной обойме, что и директора крупных промышленных предприятий и секретари райкомов. Очевидно, молодой дипломат достойно отражал происки и отбивал наскоки, поскольку проработал за рубежом два срока (с 1981 по 1986 годы), а по возвращении на Родину его карьера продолжилась и распад СССР Тарасюк встретил уже первым секретарём МИД УССР, успев с 1987 по 1990 г. поработать инструктором международного отдела ЦК КПУ.
 
Это сейчас на Михайловской площади первых секретарей как собак не резанных и среди тысячи дипломатов, трудящихся в стране и за рубежом можно затеряться. Несколько десятков «достойных», работавших в МИД УССР почитали зарубежную поездку, да ещё на шесть лет в Нью-Йорк, манной небесной и наградой за многолетний доблестный труд, а выход на пенсию первым секретарём был очень неплохим венцом карьеры провинциального дипломата.
 
Тарасюку до пенсии было далеко, а тут и независимость подвалила. Борис Иванович в ранге советника возглавляет секретариат министра иностранных дел, которым был назначен Анатолий Максимович Зленко.
 
Кипучая энергия не даёт ему стать обычным бюрократом и Тарасюк (благо независимый МИД начал срочно расширяться) создаёт в структуре секретариата отдел политического анализа и планирования, дополняя свою техническую функцию (передача министру документов) творческой (инициирование создания этих документов).
 
Нетрудно понять, что Тарасюк с двух сторон оседлал главную бюрократическую цепочку МИДа, теперь ни одна серьёзная бумага не могла пройти ни в одном направлении и даже вообще появиться без его ведома. Очевидно, надо было ждать повышения инициативного сотрудника и оно не заставило себя ждать.
 
Уже в 1992 году Борис Тарасюк назначается заместителем министра иностранных дел. В то время все начальники отделов (управлений ещё не создали) были старше Тарасюка и возрастом, и рангами, и опытом, но революция открывает возможности карьерного роста перед молодыми. Так появился самый молодой замминистра за всё время существования украинского МИД. Проблему соответствия должности и звания решили немедленно, присвоив Тарасюку ранг Чрезвычайного и Полномочного Посла Украины – высший на дипломатической службе. Недовольных «выскочкой» «стариков» утихомирили, разослав по посольствам, благо Киев в пожарном порядке устанавливал дипотношения с кем попало и на все посольства не хватало послов.
 
Борис Иванович, правда, утратил контроль над секретариатом министра, но за всё надо платить. Кроме того, был и «утешительный приз», в качестве замминистра, Тарасюк сохранял за собой непосредственное руководство отделом политанализа и курировал отдел контроля над вооружениями и разоружением (моментально разросшийся в первое в МИД Украины управление), а также отдел ОБСЕ и Совета Европы. В руках Тарасюка теперь сосредоточились все западные связи украинского государства и контроль над наиболее перспективными отделами МИД.
 
В это время и произошло превращение правоверного коммуниста, вскормленного стараниями госбезопасности, вначале в ярого западника, а затем и в националиста. Тарасюк почувствовал, что в ближайшие годы карьеры будут делаться «на Западе», от России же одни неприятности. Он может по праву считаться одним из главных идеологов политики «интеграции в европейские и евроатлантические структуры», как тогда называли стремление Украины вступить в НАТО и ЕС. Став после прихода к власти Л.Кучмы в 1994 году первым заместителем министра иностранных дел, Борис Иванович, перехватив у пожилого и слабого Геннадия Удовенко, мечтавшего только как можно дольше удержаться на министерском посту, основные рычаги управления министерством, повёл украинскую дипломатию определённым им курсом.
 
Именно в этот период, зарубежные наблюдатели стали отмечать, что заявления МИД Украины, явно не соответствуют официально объявленной политике «многовекторности», опирающейся на «стратегическое партнёрство», одновременно с Россией и США и диссонируют с высказываниями и действиями Президента, представителей его Администрации и, особенно, Кабинета Министров. Глава государства и руководители правительства не могли себе позволить проведение радикальной антироссийской политики, поскольку экономически и, особенно, энергетически полностью зависели от северо-восточного соседа, а дружба с Западом дальше рукопожатий и улыбок, обильно расточаемых в ходе визитов не шла, оставаясь до обидного односторонней.
 
В конце концов, в восхождении Бориса Ивановича к вершинам славы произошёл небольшой вынужденный перерыв. В 1997 году ему пришлось отправиться поработать послом в Брюсселе. Причин было несколько.
 
Формально молодому перспективному дипломату, прежде чем сделать самый главный шаг в своей жизни и стать министром надо было набраться опыта самостоятельной работы за рубежом. В нашей стране министрами иностранных дел люди, не побывавшие послами не становятся (во всяком случае, так было до сих пор). Кроме того, активность Тарасюка начала беспокоить его непосредственного начальника. Геннадий Удовенко ничего не имел против того, чтобы Борис Иванович стал его преемником, но хотел, чтобы это произошло как можно позже.
 
Наконец, после того, как поддержавший на выборах Кравчука предыдущий Посол – А.Василенко был уволен, несмотря на все старания «загладить вину», Украину в Брюсселе представлял в качестве временного поверенного и представителя при НАТО бывший первый министр обороны К.Морозов, чьих профессиональных талантов на руководство посольством не хватало, что вызывало в Киеве нервную реакцию, в первую очередь, у того же Тарасюка. В общем нашлось достаточно поводов сказать Борису Ивановичу, что пора ему уже реализовать свои теоретические изыскания на практике и поработать в непосредственном контакте со своими НАТОвскими друзьями.
 
Как известно, за время пребывания Тарасюка в Брюсселе, ни в НАТО, ни в ЕС Украина не вступила, а те программы взаимодействия, в реализации которых принимало участие посольство, были начаты задолго до его приезда в бельгийскую столицу. Это, впрочем, не помешало Тарасюку, уже через полтора года вернуться на белом коне. В 1998 году, Удовенко таки отправили в отставку, поскольку он и так на год пересидел срок, разрешённый для госслужащего (министру шёл 67-ё год).
 
Тарасюк вновь стал самым молодым, на сей раз, самым молодым министром иностранных дел. Он с удвоенным рвением бросился в борьбу за интеграцию на Запад. Однако, ставший министром «молодой и перспективный» с первого же дня начал разочаровывать своих руководителей, которые, по совместительству, работали ещё и руководителями государства. От Тарасюка ждали превращения МИД Украины в гибкий и профессиональный инструмент, способный, на уровне требований времени проводить внешнеполитический курс Украины. Дело в том, что за время министерства Зленко и, особенно, Удовенко численность сотрудников внешнеполитического ведомства (вместе с зарубежными представительствами) выросла в двести раз. Между тем, КПД этого огромного аппарата была ниже, чем у паровоза. Огромное количество непрофессионалов, пришедшей на дипслужбу из журналистов, политологов, переводчиков, преподавателей, чиновников среднего звена, размыли костяк министерства, в своём большинстве давно уже сидевший в украинских посольствах за рубежом и превратились в неуправляемую массу, в которой каждое отдельное подразделение работало только исходя из своих интересов (командировки, стажировки). Министерство, как единое целое, не существовало.
 
Вот тут-то и выяснилось, что талантов Тарасюка не хватает на руководство таким коллективом. Если бы он принял в руки отлаженный механизм, скорее всего, Борис Иванович мог бы шлифовать его далее, доводя до совершенства, а вот создать работающее целое из разрозненных самодостаточных кусков он не смог.
 
Трудоголик, Тарасюк пугал подчинённых тем, что мог в девять вечера проверить (лично или через помощника) кто ещё находится на рабочем месте, а кто чтит трудовое законодательство и после шести ушёл домой. При этом министра не интересовал тот факт, что ушедший мог просто эффективнее работать и сделать до шести в два раза больше, чем иной был способен и до утра, как не беспокоило его и то, что работой подчинённых надо обеспечить, а бездумно держать до глубокой ночи на службе аппарат в 600-700 человек - значит дальше его разлагать.
 
Впрочем, плохое руководство вверенным ведомством вряд ли отразилось бы на карьере Тарасюка (доработал же после него до пенсии Зленко, да и Грищенко сейчас с тем же МИДом работает), но Борис Иванович не почувствовал нового поворота во внешней политике Украины. Накануне выборов 1999 года, Леонид Кучма, носитель самого низкого президентского рейтинга в истории страны, отчаянно нуждался в российской поддержке (политической, идеологической, финансовой, дипломатической). Тарасюк же продолжал третировать Москву своими заявлениями, которые, помимо того, что не скрывали враждебного отношения министра к «стратегическому партнёру», ещё и были оторванными от действительности, поскольку на высоком официальном уровне украинцам (и Тарасюку, в частности) дали понять на Западе, что ни НАТО ни ЕС  Киеву не светит ни в ближайшей, ни в отдалённой перспективе. Увольнение стало логичным завершением потери бывшим перспективным дипломатом политической ориентации.
 
Причём отрыв от действительности был так глубок, что уже через месяц Тарасюк, до этого девять лет клявшийся в верности Кучме и превозносивший его политику, дал интервью газете «Высокий замок», в котором полностью открестился и от «преступного режима» и от его международной активности. Правда, от обиды Борис Иванович потерял осторожность и объяснил причину своей внезапно проснувшейся ненависти к режиму и любви к народу, тем, что он ждал предложений о новом назначении, но их не последовало.
 
Два года после отставки Тарасюк перебивался американскими грантами, возглавляя никому не известную общественную организацию, а в 2002 году попал в список Ющенко. Который через год, после ухода ставшего совсем старым Удовенко с поста председателя НРУ назначил руководить этой партией Тарасюка.
 
Бывший идейный коммунист окончательно стал идейным националистом, но начавшаяся в бытность Тарасюка министром иностранных дел потеря политической ориентации продолжается и принимает, в последнее время, угрожающие размеры. Рассчитывая, после прихода Ющенко к власти, вновь стать министром иностранных дел Тарасюк пытается сохранять имидж востребованного международника, делая заявления по всем основным событиям международной жизни. Всё больше и больше эти заявления сводятся к одной мысли: Украина должна, во что бы то ни стало, поддерживать США и гадить России. Борис Иванович не замечает того, что даже по вопросу о ратификации соглашений по ЕЭП в его собственной фракции против голосует 36 человек, а не голосуют 57 (при 7-и отсутствующих). По сути бизнесовая часть «Нашей Украины» выступила таким образом в поддержку соглашения. Понадобится ли им, даже в случае весьма проблематичного прихода к власти министр-русофоб? Примерно те же нашеукраинцы, числом до 35-и проголосовали за отправку украинских войск в Ирак (остальные данное решение поддержать отказались).
 
То же и в сфере партийного строительства. Назначенный руководить Рухом по воле Ющенко и вопреки желанию коренных руховцев, Тарасюк уже несколько раз выступил с резкой критикой планов своего политического патрона, подкрепив свои слова инициацией сепаратных действий Руха. Между тем, в НРУ Борис Иванович авторитетом не пользуется и, если партия порвёт с Ющенко, то Тарасюк будет немедленно отправлен вслед хозяину. По сути, экс-министр сам себе копает яму.
 
Если, уходя в отставку в 1999 году, Тарасюк мог строить планы триумфального возвращения, то в 2002-м, в случае поражения Ющенко, а оно становится всё реальнее, 55-летнему депутату Тарасюку не на что рассчитывать. В 2006 году закончится срок полномочий Верховной Рады 4-го созыва. В пятый созыв Тарасюку попасть будет очень сложно, практически невозможно. К тому времени Борису Ивановичу исполнится 60 лет, а по нашим законам, в этом возрасте не берут не только в космонавты, но и на госслужбу. Пенсионеру Тарасюку останется только писать мемуары.
 
Даже странно, будучи коммунистом, Тарасюк моментально сообразил в 1992 г., в каком направлении пролегла столбовая дорога карьеры и на 180 градусов изменил убеждения и политический курс, а Тарасюк-националист, всего через семь лет оказался неспособен даже к такой коррекции своих внешнеполитических предпочтений, какую диктует логика политической борьбы. Например, Виктор Андреевич Ющенко, и будучи Премьером, и находясь в оппозиции, не стеснялся летать в Москву для решения своих проблем, да и остальные соратники Тарасюка (за исключением, разве что Зайца) стремятся не в НАТО, а к власти в Киеве. Похоже, что «національна свідомість» каким-то образом отрицательно влияет на способность мыслить логически.
 
Между тем, профессиональный дипломат не имеет не только постоянных друзей, но и постоянных внешнеполитических привязанностей, поскольку постоянным для него должно быть только одно – профессиональное отстаивание интересов своего государства в меняющемся мире, где вчерашний друг, сегодня может оказаться если не врагом, то конкурентом.
 
Павел Белослудцев
 

НОВОСТИ
Oligarh.News




FACE-CONTROL
СПЕЦПРОЕКТ
ГОЛОСОВАНИЕ
В ближайшее время отношения с Россией:
Ухудшатся;
Улучшатся;
Не изменятся.
ПАРТНЕРЫ

СТАТИСТИКА
 
Новости Слухи Досье 100 строк Cемьи Цитаты Форум Экспорт